Короткая победоносная война - Страница 75


К оглавлению

75

Но когда она уже приготовилась наградить офицера связи сердитым взглядом, ей на помощь пришло чувство юмора. Ну конечно, они все знали, даже адмирал Capнов знал! Она никогда не понимала, что о полном отсутствии в ее жизни любви широко известно, и если она хотела сохранить свою тайну, то должна была подумать об этом раньше. А блеск в глазах Моне объяснялся вовсе не неприличными мыслями — хотя и этого вполне можно было ожидать. Она вдруг поняла, что такое же доброжелательное изумление ощущает во всех офицерах ее молчаливой команды капитанского мостика. Все они, как и Моне, искренне радовались за нее.

— А! Ну, выведите его на мой экран, — сказала она, внезапно осознав, что уже слишком долго молчит.

— Это частный вызов, мэм.

Голос Моне был таким вкрадчивым, что Хонор в ответ улыбнулась краешком рта. Она поднялась из кресла, баюкая на руках Нимица и отчаянно сражаясь с непослушной ямочкой на щеке.

— В таком случае, я пройду к терминалу кают-компании.

— Конечно, мэм. Я переключу туда.

— Благодарю вас, — ответила Хонор со всем достоинством, которое ей удалось призвать, и направилась к люку.

Он плавно сдвинулся в сторону, Хонор шагнула за порог и внезапно задумалась: зачем все-таки Пол вышел на связь? «Нике» оставалось минут тридцать до базы, а на таком расстоянии запаздывание связи все еще составляло семнадцать секунд. Это, естественно, исключало нормальный разговор в режиме реального времени. Так почему Пол не подождал еще четверть часа, чтобы поговорить без помех?

Теряясь в догадках — брови ее приподнялись от удивления, — она усадила Нимица на стол, а сама села на капитанское место во главе стола и включила терминал. Экран вспыхнул, на нем появилось лицо Пола.

— Привет, Хонор. Извини, что отвлекаю тебя, но думаю, тебе лучше знать об этом…

Она нахмурила брови, и лицо ее помрачнело.

— Мы только что получили сигнал от тяжелого крейсера, — продолжил его записанный голос и прервался. — И это «Колдун», Хонор, — сказал Пол.

Она застыла.

Тэнкерсли смотрел с экрана так, будто видел ее реакцию, и в глазах его было сочувствие и предостережение.

— Им командует Юнг, — мягко сказал Пол. — И он по-прежнему старше тебя по званию.* [строго говоря по званию Хонор и Юнг равны, но, поскольку Юнг был произведен в капитаны первого ранга раньше он считается старшим] Будь осторожна, ладно?

* * *

Корабль республиканского флота «Наполеон» медленно плыл сквозь темноту вдали от тусклого огонька красного карлика, главного в системе двойной звезды. Двигатель легкого крейсера был заглушен, активные поисковые системы отключены, а капитан, нервничая, сидел в капитанской рубке все время, пока корабль молчаливым призраком скользил внутри орбиты самой дальней и самой холодной планеты Ханкока. На экране капитан видел два четких импеллерных следа мантикорских эсминцев, но самый ближний находился на расстоянии более двенадцати световых минут от «Наполеона», и у хевенита не было ни малейшего намерения привлекать к себе его внимание.

Коммандер Огилви не задумывался об операции «Аргус», когда впервые получал инструкции для участия в ней. Осознание того, что это наилучший способ спровоцировать войну — причем его корабль принимал на себя первый удар, — пришло к нему чуть позже и потом только укреплялось. Операция «Аргус» длилась уже страшно долго, и тот факт, что ни один из участвующих в ней кораблей еще не был замечен, не означал, что так будет продолжаться вечно. И оставалось только продолжать делать свою работу — еще, еще, еще… чтобы адмирал Роллинз получил наконец все нужные ему сведения, а «Наполеон» успел в ту же секунду убраться с «Ханкока» к чертовой матери.

— Выходим к первой станции, сэр.

Голос офицера связи звучал так же несчастно, как чувствовал себя сам Огилви. Коммандер постарался придать себе как можно более уверенный вид, когда оторвал взгляд от экрана и кивнул ему в ответ. «Нельзя же показывать подчиненным, что их капитан боится не меньше, чем они», — подумал он с кривой усмешкой.

— Приготовиться к загрузке информации, — сказал он.

— Есть, сэр.

В рубке было очень тихо. Офицер включил резервные коммуникационные лазеры. В нынешних обстоятельствах любая утечка излучения могла выдать корабль, но местоположение разведстанции было обозначено со скрупулезной точностью. Люди, спланировавшие операцию «Аргус», знали, что границы всех мантикорских звездных систем охраняются сенсорными платформами, что радиус их действия и чувствительность датчиков неизмеримо превосходили приборы Народной Республики, — но ни одна система слежения не способна уследить за всем сразу. Те, кто просчитывал схемы работы и планы размещения разведстанции, принимали все это во внимание — до сих пор, по крайней мере — и по праву получали свою корочку хлеба.

Огилви усмехнулся подвернувшейся поговорке: «Аргус» стоил миллиарды. Малозаметные разведстанции доставляли сюда с расстояния в два световых месяца. Они выныривали из гиперпространства вдали от звезды, немного разгонялись на минимальной тяге, по инерции проплывали мимо мантикорских датчиков и наконец тормозились в нужном месте; крохотный всплеск энергии двигателя, который выводил их на выбранные позиции, был так мал, что становился совершенно незаметным уже в нескольких тысячах километров.

Но протащить сюда разведстанции было самой простой частью операции. Непрофессионалы обычно забывают о том, насколько огромна и пуста любая звездная система. Даже самый большой космический корабль на ее фоне покажется всего лишь пылинкой. Пока разведстанция не излучала и не оставляла энергетического следа, привлекающего к себе внимание, она могла оставаться невидимкой. Системы датчиков слежения были самыми крохотными и оборудованы самыми хитроумными системами подавления излучений, какие когда-либо производил Хевен. Или, уточнил для себя Огилви, тайно покупал у Солнечной Лиги. Наибольший риск был связан с маломощными лазерными лучами, которые осуществляли передачу со станций-шпионов на центральное запоминающее устройство корабля, — но даже здесь опасность была сведена до абсолютного минимума. Передача осуществлялась только в импульсном режиме с предварительным сжатием данных. Даже если бы кто-то случайно оказался на пути луча, ему потребовалось бы невероятное везение, чтобы понять, что он что-то услышал. А программное обеспечение разведстанций не позволяло им выходить на связь, если датчики обнаруживали какой-либо объект, который мог бы перехватить их сообщение. Однако у мантикорцев все-таки оставался очень маленький шанс обнаружить крошечные разведстанций: сами они были бы бесполезны без корабля, который собирал их информацию. Это и было слабое звено системы. Потому что даже самый маленький космический корабль все-таки больше любой сенсорной системы, а собирая информацию, корабль вынужден был становиться источником излучения, пусть и едва заметного.

75